На меня произвела сильное впечатление статья Дианы Олеговны Видра о работе Г.Фигдора. Предлагаю основные отмеченные мной фрагменты.

Гельмут Фигдор и психоаналитическая педагогика

Диана Олеговна Видра,член Австрийского общества Зигмунда Фрейда и Союза писателей Австрии, работает в области психологии

Г. Фигдор - один из виднейших психоаналитических педагогов Европы. Благодаря его теоретическому и практическому вкладу эта наука переживает в настоящее время свое новое рождение. Проблемы развода - одна из центральных тем в деятельности Фигдора

Фигдор приводит такой пример из своей практики:

«Фрау Г. на протяжении нескольких недель отказывала своему разведённому мужу в обычных посещениях ребёнка по той причине, что её шестилетний сын Бертрам в последующие за этими посещениями дни "просто сам не свой и становится очень агрессивным" (что не ускользнуло и от его учительницы). Фрау Г. пришла ко мне, чтобы получить профессиональную поддержку в своей борьбе против отца. Я не сомневался в справедливости ее наблюдений по отношению к сыну, но для меня интерпретация матери (посещения отца вредят ребенку) и сделанные ею из этого выводы не показались такими уж само собою разумеющимися.

В ходе консультации выяснилось, как тяжело дался фрау Г. развод с мужем, который постепенно все больше отделял от семьи круг своих жизненных интересов. После очередной измены она так возненавидела его, что решила, наконец, с ним расстаться. После того, как она это рассказала, она призналась, какое чувство вины по отношению к ребенку вызвало у нее это решение и как ей хотелось бы избавиться от этого чувства. Но это могло удаться только при условии, если она поверит, что ребенок не очень страдает от разлуки с отцом. Когда ей — с моей помощью — удалось забыть на время о своем чувстве вины, она сумела также понять, что поведение Бертрама было его реакцией на разлуку, и интерпретация матери, что мальчику, мол, плохо в те дни, когда он навещает отца, помогала избавиться от необходимости признаться себе в том, что ребенок страдает именно из-за разлуки с отцом. В тот момент, когда ей удалось смириться со своим чувством вины, у нее отпала необходимость мешать его возникновению при помощи версии, что посещения вредят ребенку. И поскольку ее оценка ситуации освободилась от функции защиты, она начала задумываться о своем поведении, прислушиваться к моим профессиональным советам, чем и был подготовлен путь к положительным изменениям...

Что же произошло в данном случае? Чего коснулось — столь значительное в педагогическом смысле — изменение фрау Г.? Очевидно, мне удалось — и это в считанные часы — сделать для матери сознательными ее вытесненные стремления и чувства. Но все же следует отметить, что мы не можем уравнять это изменение с психоаналитически-терапевтическими изменениями: чувство вины не исчезло совсем, как не исчезла и ненависть к разведенному супругу... Скорее всего, не исчез и страх, что Бертрам однажды заставит ее "расплатиться за все", лишив ее своей любви. Эти чувства, являющиеся в какой-то степени "нормальными" реакциями переживаний, в то же время укреплены в бессознательном личности фрау Г., то есть они связаны с глубокими вытеснениями, простирающимися до ее собственного раннего детства. Достигнуть этих бессознательных областей родительских реакций на развод можно лишь в рамках аналитической терапии, но столь глубокое изменение личности матери не может входить в задачи психоаналитически-педагогической консультации, несмотря на то, что мы, в общем, рассчитываем на то, что в ходе ее время от времени и бывает необходимо сделать сознательными некоторые бессознательные влечения и аспекты личности». (Фигдор Г. Психоаналитически-педагогическая воспитательная консультация. С. 47.)

Внутренние конфликты, лежащие в основе психологических проблем родителей, не так уж хорошо вытеснены, они буквально "рвутся" в сознательное. Это конфликты так называемой психической поверхности: чувство вины и беспомощности, уязвленная гордость, ненависть, потребность в возмещении обид, страх перед одиночеством и потерей любви. Именно подобные душевные порывы способствуют бессознательному удерживанию проблематичных воспитательных действий. С другой стороны, как раз по той причине, что они постоянно грозят прорваться в сознательное, отражение их происходит в довольно драматичных акциях. Но в данном случае, считает Фигдор, чтобы сломить власть вытеснения, нет необходимости в длительном "классическом" психоанализе, — здесь эта власть не столь велика. Более того, он даже отказывается употреблять термин "вытеснения", называя это явление "феноменом действия", когда конфликтные побуждения — без размышлений об их "символике" — непосредственно внедряются в поступки. "Для того, чтобы сделать их на длительное время сознательными и пробудить способность думать о них, нам необходимо всего лишь немного редуцировать страх, связанный с ними, чтобы конфликт в достаточной степени разгрузился на поверхности, что позволит отказаться от защиты, осуществляемой путем претворения конфликта в действие". (Там же.)

По Фигдору, пригодный для этого технический инструмент — психоаналитическое толкование реакций переноса или сопротивления, а также разъяснение, которое дает особенное знание, заставляющее увидеть мир в ином свете, разрушающее ограниченность мышления на основе, например, суеверий, мифов, фальшивых представлений и педагогических теорий. А это, в свою очередь, помогает обрести чувство внутренней свободы, научиться формировать свою жизнь, исходя из разумных представлений. В этих случаях психоанализ говорит об эмансипации личности.

…

Человек особенно склонен обращать на других персон те желания, чувства и фантазии, которые он пережил в детстве по отношению к родителям или братьям и сестрам. В результате определенные образцы отношений из детства постоянно, на протяжении всей жизни, "проигрываются" с различными другими персонами.

…

А вот "дух", который с удовольствием поселяется у разведенных родителей: "Мой ребенок не проявляет по отношению к разводу никаких особенных реакций, разлука с отцом не повлияла на него плохо". Да как же можно представить себе такое: меня бросает самый близкий, самый любимый человек, а я не переживаю из-за этого? Или другой "дух развода" (его мы видели у фрау Г.): "Ребенок после посещения отца совершенно расстроен. Эти посещения вредят ребенку", а "дух" отца вдогонку: "...так... так... ребенок не хочет обратно к матери..."

…

В ситуации развода речь идет о том, чтобы родители набрались сил выдержать несчастье ребенка, то есть они должны внутренне примириться с тем, что они сами в этом несчастий повинны, и что они в его глазах "злые" родители. Это тяжело, но возможно, потому что родители за это свое "зло" вполне в состоянии ответить.

Практический выигрыш такой позиции огромен. Чувство вины не требует больше защиты, например, путем иллюзии, что ребенок не страдает. Или вся вина не должна больше проецироваться на бывшего супруга... или направляться против ребенка, который поэтому казался просто непослушным, неверным и нелояльным и т.д.». (Фигдор Г. Между иллюзией "развода" и ответственностью за вину. С. 96.) Он теперь становится тем, что он есть на самом деле: маленьким, зави- симым человеком, нуждающимся в утешении.

Характерно, что после одного только разговора с матерью или с отцом об этих проблемах, уже при следующей встрече можно заметить изменения. И весь секрет такого успеха заключается в том, чтобы не рассматривать ищущих совета только как родителей "бедных детей", но увидеть в них самих "бедных родителей"...

Многие разведенные матери опасаются, что хорошие отношения с отцом могут отнять у них любовь ребенка. Это в корне неверно. Продолжающиеся и добрые отношения ребенка с отцом в большой степени облегчают его конфликты с матерью, а ни в коем случае не наоборот. И именно когда мать и ребенок замкнуты друг на друге и вынуждены сосуществовать в тесном "помещении" без третьей персоны, тяжелое психическое перенапряжение для обоих практически неизбежно. Чтобы понять это, стоит только представить себя с кем-то (пусть даже с самым любимым человеком) долгое время на необитаемом острове, вдали от других людей.

…

Дети испытывают бессильную ярость. Каждому знакомо это чувство, когда он оказывается брошенным. Ребенка одолевает также чувство вины, потому что он думает: "Я был плохой, поэтому папа (мама) ушел (ушла) от меня". Это отражается, в свою очередь, на чувстве собственной полноценности: "Я не достоин любви, поэтому я не могу никого удержать".

Дети реагируют на развод глубокой печалью.

…

Ребенка следует освободить от его чувства вины и родители могут это сделать лишь тем, что открыто возьмут ответственность на себя. Ребенку надо дать возможность пережить свою печаль и для того, чтобы он мог печалиться, печалиться надо вместе с ним.

Если же родители не оказывают этой "первой помощи", дети остаются один на один со своими страхами. И страхи эти будут усиливаться из-за внешних конфликтов, часто агрессивных, между родителями и детьми. В свою очередь, именно страх и ярость ребенка кажутся ему причиной этих конфликтов и в этом он сам видит большую угрозу. Любовь к покинувшему его родителю - этот "корень зла" - становится для него наибольшей опасностью. Потому что, если бы не эта любовь, то не было бы и переживаний. Но там, где собственная любовь и собственная агрессивность становятся опасными, формируется невротический конфликт, т.е. конфликт между противоположными устремлениями, между любовью и ненавистью, или между агрессивностью и потребностью в чувстве защищенности и т.д. И там, где эти конфликты становятся невыносимыми, вступает в силу вытеснение.

Невротическая защита или образование симптомов в ходе такого вытеснения не всегда непосредственно заметны глазу. Скорее, наоборот: невротическая защита и невротический конфликт несут функцию приспособления, поскольку они рассеивают экзистенциальные страхи. В семье становится спокойнее. Но эти формации защиты не более как психический "корсет", образующий мощную диспозицию для развития невротических нарушений, которые снижают шансы психического развития и позже, иногда спустя годы или десятилетия, могут привести к тяжелым психическим страданиям.

Таким образом, первейшая цель консультации: сделать родителей способными (также и психологически способными) оказать детям столь важную в последующие за разводом месяцы "первую помощь".

…

Вместо того чтобы оказать ребенку настоящую помощь, окружающие борются с внешними проявлениями его горя, например, ему запрещается регрессировать, т.е. вести себя, как меленькому. Таким образом взрослые, бессознательно, неумышленно только усиливают его страх. Ребенок боится окончательно потерять отца из-за того, что появляются трудности в их встречах. Усиливается страх потерять также и мать, потому что ребенок замечает ее злость по отношению к нему, когда он проявляет свои реакции и симптомы.

Надо только задуматься о том, как себя чувствует ребенок, когда один из родителей проклинает другого, в то время, как сам он ощущает в себе неистребимую любовь к тому, кого так проклинают.

Но это не нравится маме или папе. "Как же они будут меня и дальше любить, если я так мало соответствую их ожиданиям?!"

…

Родители в своем "неправильном поведении" и в своих ошибочных заключениях вовсе не эгоистичны или злы, как это кажется с первого взгляда. Думаю, они просто не могут быть иными.

Мать ввиду своего тяжелого психического, социального и экономического положения, а также больших физических нагрузок, которые приносит с собой развод, просто не в состоянии оказать ту самую "первую помощь", требующую спокойствия, терпения и способности проникнуться проблемами другого, часто у нее для этого просто нет времени.

Как правило, доверие в большинстве ситуаций развода пострадало больше всего. Бывший супруг в глазах другого чаще всего кажется эгоистичным, злым и опасным человеком. И если это так, то какая же любящая мать или какой любящий отец отдадут любимого ребенка "черту" или "ведьме"?

Большая часть борьбы родителей из-за детей (например, запрещение посещений и контактов) сознательно мотивируется как "забота о благополучии ребенка".

Многие родители нуждаются - и это такое человеческое свойство - в какой-либо мести (или расплате) бывшему супругу который причинил тебе столько зла. Как же можно допустить, чтобы этот человек, этот мужчина, который так коварно меня бросил, и дальше купался в любви моих детей, да еще как "лучезарный" воскресный папа. Даже при всей его ответственности, он устроен лучше меня материально и не должен заботиться о том, чтобы дети вовремя шли спать, делали домашние задания, подчинялись правилам и т.д. Он становится замечательным папой в то время, как на матери лежит весь груз воспитания.

…
Дальнейшие отношения ребенка с отцом не обременяют, а, наоборот, облегчают собственные с ним отношения матери.

В некомплектных семьях или там, где нет контакта с разведенным отцом, отношения ребенка с матерью всегда более конфликтны и амбивалентность заметно выше.

…
Обычно после развода родители склонны рассматривать не умирающую любовь детей к разведенному супругу или их агрессивное поведение как нацеленные против них лично, как признак отнятой у них любви.

В заключение расскажу об одной матери. Я работал с нею четыре или пять часов, достаточно интенсивно, примерно таким образом, как я поведал выше. И вот, в прорвавшихся наружу чувствах, в обильных слезах, она сказала следующее: "Признаюсь честно, я готова взорваться от ярости, когда вижу, как мой Мартин обожает своего отца". Эта мать, между тем, уже имеет нового спутника жизни. "Мне хотелось бы, чтобы тот просто исчез и мы остались втроем. Но, - говорит она вздыхая, - я, конечно понимаю, ребенку нужен его отец и мне с моим другом остается только взирать на это. Надеюсь, я это выдержу!" Потом она добавляет: "Помогите нам!" Когда она это сказала, я понял, что главное уже сделано - мать - и ее новый друг - открылись и в состоянии принимать очень и очень конкретные советы и подсказки. Я думаю, у этого Мартина хорошие шансы, несмотря на страдания и боль, которые он уже пережил и еще переживет. И он много выиграет в результате развода родителей и, не в последнюю очередь, благодаря его новой семье.

Источник - Журнал «Человек», 1999 г., № 5  (Первоначально данная статья была опубликована в «Психологическом журнале» (№ 5, 1998), который издается Институтом психологии РАН.)

В интернете есть много ресурсов, которые могут оказаться полезными для отцов, которые и после развода с бывшей женой стремятся воспитывать своих детей, не бросая их.

Воскресный папа

Мне понравился сайт Воскресный папа, на котором есть хороший Форум с опытом решения проблем воспитания отцом ребенка после развода с его матерью. На сайте обобщен многолетний опыт отцов, накопленный в борьбе за интересы ребенка и свои родительские права. Здесь же размещены образцы документов, ссылки на полезные ресурсы, советы психологов и многое другое.

Гельмут Фигдор

Мне как-то попалась интересная книга известного европейского специалиста Гельмута Фигдора "Дети разведенных родителей", в которой дается развернутый психоанализ разного рода проблем , а главное - возможные пути их решения. Ссылки на нее:

• http://kizim.ifolder.ru/16332497

• http://files.mail.ru/5ID83I

Если трудно сразу осилить, вот небольшой анализ - Фрагменты из статьи Д.О. Видры "Гельмут Фигдор и психоаналитическая педагогика".

Небольшая подборка материалов для отцов:

• http://kizim.ifolder.ru/16332391
  

• http://files.mail.ru/I429SJ

Продолжение 1

Видео психолога Владимира Шахиджаняна "Безотцовщина - это страшно"

Продолжение следует...

Развод и ребенок

Родители и дети после развода

Авторы этой статьи, хотя и обращаются в ней в основном к женщинам, и отнюдь не считают, что виновником и потенциальным инициатором распада семьи является мужчина. В силу объективных и субъективных причин в настоящее время в нашей стране именно папа живет после развода отдельно от семьи, а обязанность по воспитанию детей не редко становится прерогативой только женщины. Это подтверждают факты статистики и примеры из нашей психологической практики. Но мы, тем не менее, не склонны умолять роль мужчины, отца в воспитании детей в полной и, уж тем более, неполной семье. Останавливаясь в основном на поведенческих реакциях женщин, мы руководствовались лишь тем, что эмоциональный фон развода чаще всего зависит именно от женщины, от того, насколько мудро и благоразумно она поведет себя в этот сложный период жизни семьи. Однако читатель может при необходимости отнести все ниже написанное и к ситуации, когда дети остаются после развода с отцом, а мама живет отдельно от них.

Семейная жизнь, к сожалению, не постоянный источник радостей, но развод – тоже не спасение от конфликтов, переживаний и просто бытовых трудностей. Но жизнь есть жизнь, и развод – одна из форм человеческого общежития. Лучше задуматься о другом: для чего развод затевался? Что изменилось в жизни вашего ребенка к лучшему? В решении особенно важно не ошибиться, если Вы отвечаете не только за себя, но и за своего ребенка.

Принимая решение о разводе, проанализируйте, не поддались ли вы широко распространенным предрассудкам, связанным с убеждением в том, что развод всегда полезен. Одни считают, что развод для ребенка не является чем-то исключительным, поскольку рядом всегда много детей из неполных семей. Другие думают, что после развода наконец-то уладятся их отношения с родственниками – источниками конфликтов и все само "образуется", встанет на свои места. Кроме того, вас могли уверить, что если новый спутник жизни любит вас, то непременно будет рад и вашему ребенку. Все эти положения легко опровергаются на практике.

Образец жизни, образец общения, отношения к миру – это самое главное, что дает ребенку семья. Семья удовлетворяет самые главные психологические потребности ребенка – в безопасности, в общении, в любви. Несмотря на то, что для взрослых развод – это не редко болезненное, малоприятное, порой, драматическое переживание, тем не менее, они идут на него из лучших побуждений и по собственной воле, при этом гамма чувств разводящихся изменяется от полной депрессии до ощущения полета и долгожданного освобождения. Для детей же расставание родителей – это всегда разрушение среды обитания. Это и землетрясение, и война сразу.

Одно из самых ближайших последствий послеразводового стресса для детей – нарушение их адаптации к повседневной жизни. Существуют и дальние последствия, касающиеся глубоких изменений личности ребенка, представлений о любви и верности, о том, какой должна быть семья. По результатам долговременных психологических исследований почти половина детей из разведенных семей вступают в юность обеспокоенными, подавленными, неуверенными в своих способностях, а то и попросту озлобленными. Нет ничего удивительного, если дети разведенных родителей меньше всего дорожат сплоченностью семьи, не имеют навыков позитивного разрешения семейных конфликтов.

Если же вы все-таки пришли к окончательному решению о разводе, необходимо подумать о том, как вести себя с детьми. При разводе, также как в любой иной жизненной ситуации, родитель должен исходить из любви к ребенку, укреплять независимость и самостоятельность его, сознательно контролировать собственное поведение и помогать развитию самоконтроля и дисциплины у своего ребенка.

Стратегия отношения к ребенку в период развода заключается в сохранении доверия ребенка к миру. В зависимости от возраста, пола и особенностей личности это потребует различных усилий. Во имя благополучия ребенка на всех этапах развода нужно помнить о трех целях:

добиться того, чтобы ваша семья так и осталось семьей;

свести к минимуму негативные последствия для детей;

принять развод как неотъемлемую часть бытия.

Первый вопрос, который обычно задают психологам: что и как надо говорить ребенку о состоявшемся разводе и об изменении в жизни семьи? Хорошо, если и мать, и отец займут единую и четкую позицию, не будут скрывать и умалчивать. Всякие недомолвки, шепот усиливают напряжение детей, повышают их любопытство, вызывают подозрения и могут спровоцировать совершенно фантастические предположения.

Всегда стоит беречь чувства ребенка, но важно дать достаточную информацию для того, чтобы он не фантазировал, ведь иные фантазии будут куда болезненнее, чем правда. Нужно помнить, что дети склонны чувствовать себя ответственными за все трагедии, происходящие в семье. С их точки зрения, причина развода вполне очевидна: родители ссорятся или расходятся из-за их плохого поведения.

Чтобы снизить для ребенка травматический накал, необходимы искренность и ясность в объяснении сложившейся ситуации. При этом в разъяснениях, которые надо дать, важно учитывать возраст, индивидуальные особенности ребенка, возможности осознания им происходящего. Самое правильное – дать ребенку простое и доступное его пониманию объяснение.

Это очень важный момент развития ваших будущих отношений, как с бывшим мужем, так и с детьми. Совершенно ясно, что лгать детям нельзя. Постоянные недомолвки могут привести к страхам и другим нежелательным эффектам, тем более что ребенок все равно рано или поздно об этом узнает. С другой стороны, понятно, что и всю правду о ваших отношениях иногда сказать, не травмируя ребенка, бывает невозможно. Чем старше и взрослее ребенок, тем больше ему можно сказать. Если же он совсем мал, то отложите разговор до того момента, когда у него возникнут вопросы об отце (или матери).

Дошкольнику достаточно сказать, что папа жить с вами больше не будет, но будет приходить к вам. Наиболее доступна для маленького ребенка формулировка: "Папа переезжает, больше с нами жить не будет, но будет приходить к нам, и ты сможешь с ним видеться столько, сколько захочешь". Понятно, что такие слова должны быть подкреплены сознательной договоренностью родителей. Подростку можно сказать больше, однако не нужно вдаваться в подробное объяснение причин и обстоятельств развода, недопустимо объяснять развод несостоятельностью супруга. К сожалению, приходится слышать высказывания типа: "Папа плохой, мы его выгнали и больше к нам не пустим". Необходимо отделить отношения разошедшихся супругов от их отношения к детям. Ребенок должен ясно видеть и понимать, что его ждет, какими будут его дальнейшие отношения с матерью и отцом, будет ли он встречаться с родителем. Когда произошел серьезный разрыв, и родители решили расстаться, для ребенка любого возраста важно знать, что они продолжают любить его и будут всегда о нем заботиться.

В любом случае нужно понятно и доступно объяснить ему ситуацию и в положительном свете нарисовать будущее. О нарушении супружеской верности лучше не говорить, как не говорить и о других случаях, когда поступки одно из супругов унижали достоинство другого. Вполне возможно, что вопроса "Почему?" не последует вовсе, т.к. дети склонны принимать обстоятельства такими, как они есть.

Но прежде чем приступить к разговору, нужно еще раз хорошо продумать – как понятно и правдиво объяснить детям, что произошло между вами, как часто папа (или мама) будут их видеть, где вы вместе с ребенком будете жить, кто из родственников будет чаще других гостить в вашем доме. Если ребенку расскажет об этом человек, которому он доверяет и которого любит, сообщит все обстоятельства по возможности спокойно, без преувеличений и без лишних эмоций, ребенок отнесется к происшедшему более разумно и спокойно.

Следует признать, что если развод действительно необходим родителям, то он необходим и ребенку, поскольку после развода появляется возможность гармонизации жизни каждого из супругов. В семье, где постоянно царит напряжение, бесконечно воспроизводятся конфликты, ребенок чувствует себя вдвойне несчастным. Такая семейная обстановка оказывает на ребенка более тяжелое воздействие, чем стабильная жизнь с одним из родителей. Вместе с тем, необходимо помнить, что для ребенка даже самый оправданный развод может стать сильнейшим потрясением, вызвать неблагополучные последствия, проявления которых иногда продолжаются значительное время.

При любых обстоятельства развода (кроме тех, когда он устраняет источник угрозы для ребенка) поведение ребенка изменится, как оно меняется у всех людей, переживающих психологический стресс.

Неблагополучие детей, связанное с семейными проблемами, особенно заметно в школе или детском саду и проявляется в неожиданных слезах, агрессивности, конфликтах с детьми и педагогами, рассредоточенностью внимания.

Изменения эти могут быть разными, протест ребенка против насильственного вмешательства в его судьбу может принимать как явные, так и скрытые формы. Важно знать, что переживания ребенка чаще всего имеют косвенное, не прямое выражение: он может ничего не говорить матери, но ссориться с друзьями, отказываться участвовать в детских праздниках и т.п. Все это – признаки психологического неблагополучия ребенка, ослабления его способности приспосабливаться (адаптироваться) к обстоятельствам своей жизни.

Исследования психологов выявили некоторые закономерности между реакцией на послеразводовый стресс и полом ребенка (всего исследовали 131 ребенка в возрасте на момент развода родителей от 2 до 18 лет).

Девочки чаще носят переживания "в себе", и внешнее поведение может у них почти не меняться. Однако вполне могут появиться другие признаки нарушения адаптации: пониженная работоспособность, чрезмерная утомляемость, депрессия, отказ от общения, слезливость, раздражительность. Стоит прислушаться к дочке, если она вдруг начинает жаловаться на нездоровье. Иногда все эти признаки служат одной задаче – привлечь к себе внимание расстающихся родителей, скрепить их узы или, по крайней мере, убедиться, что хотя бы ребенка они не разлюбили. В то же время, отвлекаясь от семейных несчастий, девочка может скакать и прыгать во дворе, не испытывая каких-либо неудобств. Не спешите упрекать ее в притворстве: все происходящее она действительно чувствует, и ваша главная задача – предотвратить закрепление нарушений. Очень часто все это – нарушение процесса работы различных систем внутренних органов, не затрагивающие их анатомического строения. Ведущие переживания – грусть и обида. Две трети девочек, многие из которых внешне казались преодолевшими кризис, достигнув зрелости, неожиданно становились глубоко обеспокоенными, теряли способность выбора, испытывали страх измен и предательств в интимных отношениях.

Для мальчиков характерны более очевидные нарушения поведения, носящие иногда явно провокационный характер. Это может быть воровство, сквернословие, побеги из дома. Ведущие переживания – гнев и агрессивность. Мальчики могут выражать свою агрессивность по–разному, меняя ее объект в зависимости от наличных условий – они могут демонстративно отказаться говорить с отцом, но если отец вне дома, - пытаться повышать голос на мать. Обычная история – уйти из дома, не предупредив заранее об этом мать. Многие мальчики, достигнув половой зрелости, так и не смогли выработать в себе чувство независимости, уверенности, целеустремленности.

Таким образом, переживания девочек доставляют беспокойство, в первую очередь, им самим, а проблемы мальчиков быстро начинают сказываться на окружающих.

Многое в психологической реакции ребенка зависит и от возраста: чем старше ребенок, тем сильнее в нем проявляются признаки пола и тем более серьезными могут быть нарушения поведения. Маленькие дети могут дать понять о своем неблагополучии только одним способом – заболеть, что они и делают. Экземы, гастриты, заикание, навязчивые движения – все это наиболее типичные проявления внутреннего напряжения детей, с помощью которых они предлагают взрослым задуматься о семейном климате.

Итак, как будто бы все ясно. Отделить свои претензии к супругу от отношения к детям, рассказать все ребенку в доступной для него форме. Требования вполне понятны и просты. Почему же многие люди справляются с подобной ситуацией совсем не так легко, почему не уменьшают, а подчас усиливают переживания ребенка по поводу развода?

Бывают разводы, совершающиеся поспешно и необдуманно, т.е. тогда, когда у супругов была возможность наладить отношения, а их чувства друг к другу не остыли. Чаще всего супруги в таких ситуациях расходятся и сходятся, вновь начинают совместную жизнь и опять по внешне незначительному поводу прерывают ее. Эта ситуация годами длящегося "хронического" развода наиболее неблагоприятна для ребенка, поскольку его жизнь лишается необходимой стабильности, кроме того, именно в такой ситуации ребенок оказывается втянутым в конфликтную ситуацию наиболее сильно. Здесь со всей категоричностью рекомендуется родителям не прибегать к действиям по разводу до того, пока вы окончательно не убедились в его необходимости, а все свои усилия направьте на серьезную оценку сложившейся ситуации, постарайтесь найти и усилить внутренние ресурсы для изменения стиля отношений в семье. Такая работа может привести к отказу от развода либо, наоборот, укрепит ваше мнение в его необходимости.

Не всегда в состоянии контролировать собственные переживания, взрослые изменяются и в отношении к ребенку: кто-то видит в нем причину развала семьи и, не стесняясь, говорит об этом, кто-то настраивает себя на то, чтобы всецело отдать себя воспитанию ребенка, кто-то узнает в нем ненавистные черты бывшего супруга или, напротив, радуется их отсутствию. В любом случае внутренняя дисгармония взрослого в послеразводном кризисе накладывает отпечаток на воспитание ребенка. Нередко взрослые просто "отыгрываются" на детях как самых беззащитных и доступных для выброса злых чувств существах. К сожалению, некоторые взрослые, поглощенные собственным несчастьем, посвящают ребенка во все подробности, вынуждая его занять позицию арбитра или судьи. Не превращайте ребенка в собственного психотерапевта! Не путайте его с супругом или собственными родителями, не ожидайте от него взрослого понимания происходящего – это лишь добавит разочарования в семейной жизни для вас всех.

Если муж покидает семью, то обычно он воспринимается как предатель, подлец. Типичная реакция женщин – гнев, чувство несправедливости. Дети часто оказываются очевидцами бурных сцен и разбирательств между родителями, когда они не стесняются в словах и выражениях. К сожалению, женщины считают вправе вести себя подобным образом. Кажется, сама справедливость на их стороне. Они находят для себя множество моральных оправданий, и главное из них – "Я действую так только ради ребенка".

И как-то естественно дети оказываются на стороне обиженной женщины, по ту сторону баррикады. Конечно, эмоционально женщину очень поддерживает то, что она не одна, есть родная душа, ребенок. Часто возникает желание высказать ему, какой отец негодяй, лицемер и лгун. Но эта реакция быстро обнаруживает свою оборотную строну: если мама могла так ошибиться, значит, и она тоже не во всем разбирается. Следующий виток кризиса – падение авторитета матери. И как бы не сложились отношения между супругами, останется муж в семье или уйдет навсегда, все равно для детей он – отец, и многие решения вам придется принимать вместе. Поэтому, благоразумнее не давать выхода тяжелым чувствам при детях, а обсудить все, например, с подругой.

Затруднения матерей в том случае, когда при разводе дети остаются с матерью, могут быть объяснены двумя психологическими причинами.

Первая – бессознательное, а иногда вполне осознанное манипулирование для достижения определенных целей. Мать пытается через ребенка воздействовать на своего супруга. Иногда цель манипуляций – в бессознательной попытке вернуть мужчину. В этом случае матери ставят всевозможные преграды для свиданий или, наоборот, пытаются искусственно усилить степень вовлечения отца в воспитание, прибегают к дискредитации личности родителя или подчеркивают недостатки ребенка и трудности в его воспитании перед ушедшим из семьи отцом. И то и другое неблагоприятно отражается на воспитании детей.

Вторая распространенная трудность в ситуации разводов связана с усилением неуверенности самой матери в своей родительской роли. Мать опасается, что, встречаясь с отцом, ребенок "полюбит его больше", охладеет к матери, а ее авторитет понизится. В этих случаях также возникают категорические запреты на встречи ребенка с отцом, которые объясняются всевозможными негативными качествами отца. Но чаще создается ситуация повышенного внимания к тому, что происходит с ребенком при этих встречах. Матери педантично контролируют все телефонные звонки, разговоры и настаивают на общении только в своем присутствии, стараются не отпускать ребенка в гости к отцу. Нередко пускаются в ход запугивание ребенка, подчеркивание всевозможных опасностей. Лежащая в основе такого поведения неуверенность матери заставляет ее форсировать свое воздействие на ребенка. Возникает своеобразное соперничество с отцом. Матери бросаются из одной крайности в другую, пытаются вернуть подарками и поощрениями привязанность ребенка, которая на самом деле неизменна и не нуждается в подкреплении, потом как бы спохватываются и усиливают контроль, ужесточают наказания. Все это приводит к усилению непоследовательности воспитания, утере непосредственности и искренности отношений, нарушает контакт.

Таким образом, сама ситуация развода и возникающие в связи с ней новые проблемы воспитания требуют особенного внимания родителей прежде всего к самим себе, к честной и самокритичной оценке собственных побуждений. Кроме того, родителям следует договориться о совместных действиях по воспитанию ребенка после развода, создать все необходимые условия для полноценного воспитания.

Некоторые мамы ошибаются, когда думают, что отсутствие отца совершенно устраняет из воспитания отцовскую роль как таковую. Необходимо всем одиноким матерям честно и самокритично признать, что отсутствие отца не может так или иначе не воздействовать на воспитание, не может специфически не окрашивать взаимоотношения с ребенком.

В семейном воспитании детей без отца могут быть выделены три типа отношений.

Первый тип определяется тенденцией матери никогда не упоминать об отце и строить воспитание так, как будто его никогда не было. Такой стиль можно считать целесообразным лишь в ситуации, когда ребенок действительно не знал отца, и мать приняла решение о рождении ребенка и его будущем воспитании самостоятельно. Однако и в такой ситуации маме следует дать определенные разъяснения ребенку, когда он будет способен их понять. И чем раньше мать даст доступные ребенку объяснения, тем лучше. Если же дети знали отца, помнят его, строить воспитание, делая вид, что его просто нет и не было, вряд ли разумно.

Второй тип поведения характеризуется попытками матери обесценить отца. В этом случае мать старается изгладить из детских воспоминаний даже самые незначительные положительные впечатления об отце. Мать всеми силами стремится убедить ребенка, что отец был плохим человеком, поэтому семья стала неполной. Каким бы ни было истинное положение вещей, подобную воспитательную позицию следует считать при всех условиях неблагоприятной. Если ребенок не знал отца или не помнит его, то негативное отношение к нему матери он может истолковать как несправедливое. Более того, по мере взросления дети в такой семье вместо того, чтобы больше уважать и ценить мать, начинают смотреть на нее критически и, возможно, переносить на отношение к ней свои обиды за отсутствие отца. Часто все то негативное, о чем упоминала мать по отношению к отцу, дети начинают замечать, фиксировать в самой матери. Так возникают глубокие внутренние конфликты, и нарушается контакт между ребенком и матерью, который особенно необходим неполной семье.

Третий тип воспитания без отца, наиболее разумный и благоприятный, связан с созданием у детей представления об отце как об обычном человеке, у которого имеются определенные достоинства, но были и недостатки, слабости. Это самая трудная позиция для матери, но самая приемлемая для воспитания ребенка. Она требует от матери необыкновенной выдержки, самоконтроля, умения подавлять свои непосредственные эмоции, может быть, преодолеть горечь от пережитой несправедливости или обиды. Если мать последовательно и сознательно реализует такую позицию в отношениях с ребенком, это позволяет в значительной степени преодолеть основные трудности воспитания, связанные с отсутствием отца. Подобная ситуация не только не вызовет осложнений, но и создаст правильный эмоциональный фундамент для воспитания. Ребенок сможет спокойно и благоразумно воспринимать материнский авторитет независимо от сложившихся семейных обстоятельств.

Правильная позиция по отношению к отсутствующему отцу – это только одна из сторон специфичности воспитания в неполной семье. Помимо этого, одинокой матери необходимо разрешить и другие задачи. Остановимся на некоторых из них.

Как известно, в полной семье традиционно мать выполняет функцию эмоционального фона семьи, создает теплую семейную атмосферу, выполняет задачу близости, доверительности, понимания, а отец в большей мере представляет функцию нормативного контроля, создает систему оценок, осуществляет регуляцию поведения. В семье, где единственный воспитатель – мать, ей необходимо осуществлять обе эти функции. Вместе с тем следует помнить, что попытка все скомпенсировать, заменить одной собой обоих родителей чаще всего оказывается безуспешной. Правильнее, осуществляя воспитание, позаботиться о наиболее полном воплощении именно материнской функции, поскольку при попытке выполнять все задачи, как правило, ни одна не выполняется успешно. Все это означает, что в неполной семье матери особенно внимательно следует относиться к созданию и поддержанию с ребенком в любом возрасте подлинного, глубокого взаимного контакта и понимания. Одинокой матери необходимо быть особенно внимательной к выбору средств воздействия. Надо помнить, что следует быть чрезвычайно внимательной к нравоучениям, угрозам и наказаниям, поскольку мать является единственным источником социального научения ребенка. Здесь следует стремиться к взаимному сближению, чтобы негативные оценки не превысили количество похвалы и одобрения.

В неполных семьях многие естественные для любой семьи экономические проблемы приобретают особый психологический оттенок. Правильно поступают родители, которые постепенно знакомят детей с уровнем финансовых возможностей своей семьи. Однако некоторые одинокие матери с ранних лет пытаются внушить своим детям мысль о том, что, поскольку у них нет отца, дети не могут себе многое позволить, ведь обеспечивает семью одна мать. Этого делать не следует, так как ребенок не всегда может правильно осознать истинные причины, ограничивающие его желания, и может почувствовать свою непохожесть, свое отличие от других детей, у него может сложиться представление о собственной исключительности.

Существует и противоположная неблагоприятная тенденция, переходящая порой в выраженную крайность. Одинокая мама видит свою родительскую задачу в том, чтобы максимально дать своему ребенку то, что есть в других семьях, выполнить все желания ребенка. В процессе взросления такие дети могут превратиться в подлинных тиранов. Не приученные ни в чем отказывать себе, они могут начать неприязненно относиться к своим родителям, категорично требуя выполнения всех желаний, при отказе такие дети чувствуют себя несчастными, обделенными, им начинает казаться, что их мало любят. Все это приводит к глубоким внутрисемейным проблемам. А материнские силы к тому времени начинают иссякать, потому что ребенок требует все больше и больше, даже если мать во всем ограничивает себя, ее возможности не позволяют удовлетворить всех запросов ребенка. Мать все больше чувствует, что ее жертвы были напрасными.

Для профилактики и той, и другой сложности гораздо лучше, если мать, воспитывающая ребенка одна, постарается не столько возмещать экономические недостатки, сколько усиливать другие стороны воспитания, если она постарается выполнить задачу обеспечения ребенка духовными, непреходящими ценностями, если она будет не покупать, а созидать свою материнскую любовь.

Следует обратить внимание и еще на одну трудность воспитания в неполной семье. Действительно, воспитание – дело нелегкое. Оно требует самоограничения, больших душевных затрат, умения отдавать всего себя. Не редко в полных и благополучных семьях мы встречаемся с позицией, когда родители полагают, что жертвуют своей собственной жизнью ради детей. Тем более много оснований для формирования подобной позиции в неполной семье. Очень часто одинокие матери все общение с детьми строят на внушении чувства благодарности, создании культа самопожертвования, забывая, что нельзя требовать благодарности за появления на свет, за любовь и заботу, которые являются естественным родительским долгом. Матери необходимо постоянно помнить, что иметь ребенка, заботиться о нем, наблюдать, как он постепенно развивается и взрослеет, как формируется его личность, - огромное человеческое счастье.

Ребенок очень многому учится в своей семье. В том числе и умению преодолевать критические ситуации. От того, как вы сумеете пережить ситуацию развода, что потеряет и обретет от этого ваша семья, зависит и то, как в своей собственной взрослой жизни дети будут бороться с житейскими сложностями. Поэтому так важно на примере ваших отношений с бывшим супругом научить их не только ссориться, конфликтовать, но и уметь находить общий язык и взаимоприемлемые решения даже в очень сложных вопросах.

Источник - http://darina.kiev.ua/